Спикер дня
23.08.2011
![Филипп Раевский](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/prof_628_1308088302.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Филипп Раевский
Политолог
Зачем нам нужен airBaltic
И кто его у нас хочет отобрать
![Зачем нам нужен airBaltic](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/material-big/image/matpics/mat_227_1314019334.jpg)
-
Участники дискуссии:
-
Последняя реплика:
Герой Гастелло,
Сергей Васильев,
Олег Астафьев,
Лилия Орлова,
Сергей Новиков,
Глеб Кахаринов,
Александр Гильман,
Монтер Мечников,
George Bailey,
Аркадий Посевин,
MASKa _,
X Y,
Phil .,
Эрик Снарский,
neznamo kto,
Филипп Раевский,
Игорь Скворцов,
Борис Цилевич,
Папа Валеры,
Андрей Алексеев
Скандал вокруг национальной компании airBaltic становится все острее и драматичнее. И на первый взгляд — все нелогичнее. IMHOclub попросил разъяснить ситуацию политолога и пиарщика Филиппа Раевского. В нашей стране люди этой профессии знают более прочих...
— С чем, на твой взгляд, связано весенне-летнее обострение конфликта вокруг airBaltic?
— Это — бизнес-проблемы, они озвучивались в марте, проблемы с прибылью, которой нет. А взамен ее — убытки в первом квартале года. Проблемы авиакомпании в том, что ей нужны деньги для развития, ее собственный капитал очень маленький — 500 тыс., убытки его пожирают, и сейчас он уже отрицательный. Но у компании — 300 млн. годового оборота.
И эта проблема компании после заявления президента Затлерса о перевыборах Сейма превратилась уже в политическую проблему. Ясно, что господин Флик — не самая популярная фигура в Латвии после того, как Шлесерс — больше не министр.
В этой ситуации принимать какое-то решение политикам очень сложно. А не принимать решение — это подорвать саму компанию. Здесь речь идет уже не о развитии, а о спасении.
— 500 тыс. собственного капитала... А куда делись десятки миллионов, инвестированные в нее?
— На самолеты, взятые в лизинг. Туда пошли 15 млн. государственных денег и 15 млн. частного капитала.
— Если государство вложило туда свои деньги, у нее должен быть интерес, чтобы компания не лопнула. Тогда почему министр экономики Кампарс делает публичные заявления, что в airBaltic все плохо...
— Это уже проблемы самого министра и его Минэкономики. Он — не популярный министр, у него там ни одной истории удачи, рейтинг ниже плинтуса. Он думал сумничать, показать, какой он уважаемый политик, и повоевать с Фликом. Но, как мы видим, это ничем не кончилось — все аудиторы в своих заключениях сказали: работа Флика как менеджера соответствует принципам правильной администрации. И что никто там ничего не воровал. Это было публично заявлено уже в мае.
— В прошлом году убытки airBaltic были — 34 млн. В этом году...
— В этом году в первом квартале — 18 млн., во втором будет меньше. Зима — это всегда убытки для авиакомпании. Лето покажет, сколько они заработали. Но ничего хорошего там все равно не будет. Когда у компании конфликт между акционерами... Когда на публичном поле происходят такие нелицеприятные дискуссии о неплатежеспособности...
— А что там с платежеспособностью?
— Плохо. Сам же Флик говорит, что если не будут приниматься хоть какие-то решения... Ведь никто не говорит, что государство должно само вкладываться в компанию. Должны приниматься хоть какие-то решения...
— А какие есть варианты?
— Первый — поднять капитал пропорционально. Другой — государство не вкладывает деньги. Тогда уставной капитал повышается за счет частных акционеров, у государства уменьшается доля. Если же вообще не принимается решение о подъеме уставного капитала, компания становится неплатежеспособной.
— А почему государство тянет? Была версия, что правительство специально играет на понижение цены...
— Никак по-другому это уже нельзя расценивать. Ничем другим такие действия не обоснованы. Если бы там были хищения — тогда да, ничего не скажешь. Но аудиторы KPMG презентовали свои раскопки в этой компании и четко сказали, что заявление Кампарса не соответствует действительности. Если бы Флик воровал, уводил деньги в оффшоры, его бы арестовали и он сидел бы в тюрьме...
— А он же прячется, не появляется в Латвии...
— Германия его бы выдала.
— Но тогда чего он боится?
— Что его заметет KNAB. Но он уже пошел на уступки. Он заявил, что если государство пропорционально увеличит уставной капитал airBaltic, он согласен, чтобы из трех членов правления от государства было — два. И что государство будет иметь решающий голос насчет страны расположения головного аэропорта...
— А в чем же все-таки интерес правительства — валить свою компанию?
— Возможно, кто-то из них имеет своего покупателя, который ждет «правильную цену». Если компания будет доведена до ручки, ее цена будет ниже. И тот, кто имеет покупателя, получит свои комиссионные за понижение...
— Философский вопрос: а зачем нашему государству такая авиакомпания?
— Совсем недавно в The Economist было исследование про авиабизнес в мире: кто от него имеет какую выгоду, почему государства участвуют в этом бизнесе. Там был вывод: авиакомпании сейчас — один из самых хреновых видов бизнеса. Отдача на капитал — маленькая, риски — огромные, капитал в самолетах заморожен огромный.
Но там был и второй вывод: авиакомпании сейчас — это как в старое время порты, то есть это — жизнь. Это поток людей в город, это поток бизнесов, это поток денег. И потому все государства борются, чтобы на их территории были аэропорты — транзитные центры. Вот, например, там же рассказывалось, как компания Microsoft принимает решения об открытии своих центров. У них одно из основных требований — чтобы это место было хорошо подсоединено к их штаб-квартирам. То есть, если в городе нет нормального аэропорта, который имеет хорошие прямые рейсы с экономическими центрами мира, город даже не может быть претендентом на их инвестиции. И вот такие бизнесы интересны для государства. Это показывает, что государство хорошо соединено с внешним миром. И это генерирует добавочную стоимость для самого государства...
— И за это стоит платить десятки миллионов на поддержку убыточной компании?
— Многие государства имеют свои авиакомпании. Надо смотреть, как они решают вопросы их убыточности. Многие доплачивают своим авиакомпаниям. Все крупнейшие компании получали деньги от своих государств. Начиная от British Airways и заканчивая Lufthansa. В Америке практически все авиакомпании прошли через неплатежеспособность.
Насколько это нужно государству? Посмотрим с политической точки зрения: Балтийское море — пассажирские перевозки мы проиграли эстонцам. У них монополия на рынке, мы там — никто. На железнодорожном рынке мы изолированы. По авиаперевозкам же мы обошли и литовцев, и эстонцев. airBaltic — реально не латвийская, а балтийская компания. Те же литовцы приезжают сюда на машинах и летят дальше. Лет 12-13 назад картина была обратная. Мы ездили в Вильнюс, чтобы лететь оттуда литовским чартером в отпуск.
Сейчас видно, как airBaltic развивает аэропорт, он притягивает туристов на короткие сроки — на выходные (они не будут ехать сюда с тремя пересадками). Если это развитие дает доходы рижанам, я думаю, правильно будет доплачивать. Мы же субсидируем внутренние автобусные перевозки...
— При министре транспорта Шлесерсе airBaltic имел преференции и льготы...
— Их отобрали. По сути это неправильно. Ryanair, не наша компания, имеет льготы, а наша — нет. Посмотрите, какая политика у Ryanair в Европе. Они открывают и закрывают рейсы, как им выгодно. Уменьшился поток пассажиров — они без всяких комплексов захлопывают рейс. А мы заставляем свою авиакомпанию за одни и те же услуги аэропорта платить больше, чем Ryanair...
— История с airBaltic чем-то кончится до выборов? Остался месяц...
— Сейчас эскалация достигла такого уровня, что не верится, что они могут это затягивать еще месяц. Хотя... наше правительство на все способно. Тут надо понять: если компания все время теряет кровь, то с каждым днем ее спасение становится все дороже.
— А чем airBaltic сейчас затыкает дыры? Где берет деньги?
— Какие-то кредиторы там есть, но публично они не светятся...
— А второй владелец — государство — их знает?
— Уверен — знает. Но ясно, это — не государственные деньги.
— А кто самый большой официальный кредитор?
— Насколько я знаю, это Snoras Bank — Krājbanka. Официально было озвучено, что они выделили десятки миллионов кредитов.
— Отсюда можно сделать предположение, что «добавочные деньги» — тоже оттуда, от господина Антонова. Ведь если сейчас airBaltic гикнется, кредиторы будут иметь большие проблемы.
— Да, так всегда происходит... Это было бы логично. Кто лучше знает о ситуации в компании, чем те люди, которые дают деньги в долг?.. Помнится, четыре недели назад озабоченность ситуацией в Krājbanka высказала КРФК...
— А нет ли интереса литовцев в приобретении государственной доли airBaltic? Krājbanka — это тот же литовский Snoras... После краха собственных Вильнюсских авиалиний они были бы не против перетащить нашу компанию к себе...
— Конечно! Не зря ведь были заявления, что они будут создавать свой airBaltic. И тот же Бертольт Флик объявлял о своем участии в их проекте. За что он до сих пор получает упреки от правительства. Литовцам обидно, что у них никак не ладится с авиацией. Если эстонцы еще стараются закрепиться на рынке (недавно они перекупили коммерческого директора у airBaltic, собираются развивать свою авиакомпанию), то у литовцев дела плохи. Это очень непросто — создать собственную авиакомпанию. И наш airBaltic имеет неплохую ценность — крепкое место на рынке, раскрученный бренд, он контролирует и Таллин, и Вильнюс, имеет серьезные позиции на внутреннем рынке Финляндии...
— То есть, суммируя все вышесказанное: и игру нашего правительства «на понижение» стоимости авиакомпании, и очевидное участие литовцев в ее кредитовании, и их интересы, — можно увидеть, кто метит в новые владельцы...
— Мутно... (Cмеется.) Через муть мы видим «профиль». Но кто это — точно не знаем.
— С чем, на твой взгляд, связано весенне-летнее обострение конфликта вокруг airBaltic?
— Это — бизнес-проблемы, они озвучивались в марте, проблемы с прибылью, которой нет. А взамен ее — убытки в первом квартале года. Проблемы авиакомпании в том, что ей нужны деньги для развития, ее собственный капитал очень маленький — 500 тыс., убытки его пожирают, и сейчас он уже отрицательный. Но у компании — 300 млн. годового оборота.
И эта проблема компании после заявления президента Затлерса о перевыборах Сейма превратилась уже в политическую проблему. Ясно, что господин Флик — не самая популярная фигура в Латвии после того, как Шлесерс — больше не министр.
В этой ситуации принимать какое-то решение политикам очень сложно. А не принимать решение — это подорвать саму компанию. Здесь речь идет уже не о развитии, а о спасении.
— 500 тыс. собственного капитала... А куда делись десятки миллионов, инвестированные в нее?
— На самолеты, взятые в лизинг. Туда пошли 15 млн. государственных денег и 15 млн. частного капитала.
— Если государство вложило туда свои деньги, у нее должен быть интерес, чтобы компания не лопнула. Тогда почему министр экономики Кампарс делает публичные заявления, что в airBaltic все плохо...
— Это уже проблемы самого министра и его Минэкономики. Он — не популярный министр, у него там ни одной истории удачи, рейтинг ниже плинтуса. Он думал сумничать, показать, какой он уважаемый политик, и повоевать с Фликом. Но, как мы видим, это ничем не кончилось — все аудиторы в своих заключениях сказали: работа Флика как менеджера соответствует принципам правильной администрации. И что никто там ничего не воровал. Это было публично заявлено уже в мае.
— В прошлом году убытки airBaltic были — 34 млн. В этом году...
— В этом году в первом квартале — 18 млн., во втором будет меньше. Зима — это всегда убытки для авиакомпании. Лето покажет, сколько они заработали. Но ничего хорошего там все равно не будет. Когда у компании конфликт между акционерами... Когда на публичном поле происходят такие нелицеприятные дискуссии о неплатежеспособности...
— А что там с платежеспособностью?
— Плохо. Сам же Флик говорит, что если не будут приниматься хоть какие-то решения... Ведь никто не говорит, что государство должно само вкладываться в компанию. Должны приниматься хоть какие-то решения...
— А какие есть варианты?
— Первый — поднять капитал пропорционально. Другой — государство не вкладывает деньги. Тогда уставной капитал повышается за счет частных акционеров, у государства уменьшается доля. Если же вообще не принимается решение о подъеме уставного капитала, компания становится неплатежеспособной.
— А почему государство тянет? Была версия, что правительство специально играет на понижение цены...
— Никак по-другому это уже нельзя расценивать. Ничем другим такие действия не обоснованы. Если бы там были хищения — тогда да, ничего не скажешь. Но аудиторы KPMG презентовали свои раскопки в этой компании и четко сказали, что заявление Кампарса не соответствует действительности. Если бы Флик воровал, уводил деньги в оффшоры, его бы арестовали и он сидел бы в тюрьме...
— А он же прячется, не появляется в Латвии...
— Германия его бы выдала.
— Но тогда чего он боится?
— Что его заметет KNAB. Но он уже пошел на уступки. Он заявил, что если государство пропорционально увеличит уставной капитал airBaltic, он согласен, чтобы из трех членов правления от государства было — два. И что государство будет иметь решающий голос насчет страны расположения головного аэропорта...
— А в чем же все-таки интерес правительства — валить свою компанию?
— Возможно, кто-то из них имеет своего покупателя, который ждет «правильную цену». Если компания будет доведена до ручки, ее цена будет ниже. И тот, кто имеет покупателя, получит свои комиссионные за понижение...
— Философский вопрос: а зачем нашему государству такая авиакомпания?
— Совсем недавно в The Economist было исследование про авиабизнес в мире: кто от него имеет какую выгоду, почему государства участвуют в этом бизнесе. Там был вывод: авиакомпании сейчас — один из самых хреновых видов бизнеса. Отдача на капитал — маленькая, риски — огромные, капитал в самолетах заморожен огромный.
Но там был и второй вывод: авиакомпании сейчас — это как в старое время порты, то есть это — жизнь. Это поток людей в город, это поток бизнесов, это поток денег. И потому все государства борются, чтобы на их территории были аэропорты — транзитные центры. Вот, например, там же рассказывалось, как компания Microsoft принимает решения об открытии своих центров. У них одно из основных требований — чтобы это место было хорошо подсоединено к их штаб-квартирам. То есть, если в городе нет нормального аэропорта, который имеет хорошие прямые рейсы с экономическими центрами мира, город даже не может быть претендентом на их инвестиции. И вот такие бизнесы интересны для государства. Это показывает, что государство хорошо соединено с внешним миром. И это генерирует добавочную стоимость для самого государства...
— И за это стоит платить десятки миллионов на поддержку убыточной компании?
— Многие государства имеют свои авиакомпании. Надо смотреть, как они решают вопросы их убыточности. Многие доплачивают своим авиакомпаниям. Все крупнейшие компании получали деньги от своих государств. Начиная от British Airways и заканчивая Lufthansa. В Америке практически все авиакомпании прошли через неплатежеспособность.
Насколько это нужно государству? Посмотрим с политической точки зрения: Балтийское море — пассажирские перевозки мы проиграли эстонцам. У них монополия на рынке, мы там — никто. На железнодорожном рынке мы изолированы. По авиаперевозкам же мы обошли и литовцев, и эстонцев. airBaltic — реально не латвийская, а балтийская компания. Те же литовцы приезжают сюда на машинах и летят дальше. Лет 12-13 назад картина была обратная. Мы ездили в Вильнюс, чтобы лететь оттуда литовским чартером в отпуск.
Сейчас видно, как airBaltic развивает аэропорт, он притягивает туристов на короткие сроки — на выходные (они не будут ехать сюда с тремя пересадками). Если это развитие дает доходы рижанам, я думаю, правильно будет доплачивать. Мы же субсидируем внутренние автобусные перевозки...
— При министре транспорта Шлесерсе airBaltic имел преференции и льготы...
— Их отобрали. По сути это неправильно. Ryanair, не наша компания, имеет льготы, а наша — нет. Посмотрите, какая политика у Ryanair в Европе. Они открывают и закрывают рейсы, как им выгодно. Уменьшился поток пассажиров — они без всяких комплексов захлопывают рейс. А мы заставляем свою авиакомпанию за одни и те же услуги аэропорта платить больше, чем Ryanair...
— История с airBaltic чем-то кончится до выборов? Остался месяц...
— Сейчас эскалация достигла такого уровня, что не верится, что они могут это затягивать еще месяц. Хотя... наше правительство на все способно. Тут надо понять: если компания все время теряет кровь, то с каждым днем ее спасение становится все дороже.
— А чем airBaltic сейчас затыкает дыры? Где берет деньги?
— Какие-то кредиторы там есть, но публично они не светятся...
— А второй владелец — государство — их знает?
— Уверен — знает. Но ясно, это — не государственные деньги.
— А кто самый большой официальный кредитор?
— Насколько я знаю, это Snoras Bank — Krājbanka. Официально было озвучено, что они выделили десятки миллионов кредитов.
— Отсюда можно сделать предположение, что «добавочные деньги» — тоже оттуда, от господина Антонова. Ведь если сейчас airBaltic гикнется, кредиторы будут иметь большие проблемы.
— Да, так всегда происходит... Это было бы логично. Кто лучше знает о ситуации в компании, чем те люди, которые дают деньги в долг?.. Помнится, четыре недели назад озабоченность ситуацией в Krājbanka высказала КРФК...
— А нет ли интереса литовцев в приобретении государственной доли airBaltic? Krājbanka — это тот же литовский Snoras... После краха собственных Вильнюсских авиалиний они были бы не против перетащить нашу компанию к себе...
— Конечно! Не зря ведь были заявления, что они будут создавать свой airBaltic. И тот же Бертольт Флик объявлял о своем участии в их проекте. За что он до сих пор получает упреки от правительства. Литовцам обидно, что у них никак не ладится с авиацией. Если эстонцы еще стараются закрепиться на рынке (недавно они перекупили коммерческого директора у airBaltic, собираются развивать свою авиакомпанию), то у литовцев дела плохи. Это очень непросто — создать собственную авиакомпанию. И наш airBaltic имеет неплохую ценность — крепкое место на рынке, раскрученный бренд, он контролирует и Таллин, и Вильнюс, имеет серьезные позиции на внутреннем рынке Финляндии...
— То есть, суммируя все вышесказанное: и игру нашего правительства «на понижение» стоимости авиакомпании, и очевидное участие литовцев в ее кредитовании, и их интересы, — можно увидеть, кто метит в новые владельцы...
— Мутно... (Cмеется.) Через муть мы видим «профиль». Но кто это — точно не знаем.
Дискуссия
Еще по теме
Еще по теме
![Петр Погородний](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/user_165_1618152384.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Петр Погородний
Специалист по проектному управлению
Даешь откаты в 10%!
Программа вывода Латвии из кризиса
![Евгений Гомберг](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/img_169_1419276228.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Евгений Гомберг
Убежденный рижанин, инженер-электрик по АСУ
Долгая дорога в банях
Или Рижская дума без мыла
![Андрей Мамыкин](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/img_369_1540514735.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Андрей Мамыкин
Журналист и политик.
ПОЧЕМУ РОССИЯ ОПОЗДАЛА
С Прибалтикой
![Gvido Pumpurs](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/user-normal/gvido_pumpurs.jpg)
![Латвия Латвия](https://i.cdnmedia.eu/imagecache/media-image/flags/16/lv.png)
Gvido Pumpurs
настоящий латвийский пенсионер
САНКЦИИ БИЗНЕСУ НЕ ПОМЕХА
ЕС активно торгует рублями